27 мая поздним вечером в Брест прибыл курьерским поездом Москва-Берлин Чрезвычайный и Полномочный посол Советского Союза в Германии Владимир Деканозов.
Самое засекреченное совещание
Этот поезд был гордостью Советского Союза. Он состоял из классных вагонов, вагона-ресторана.Мощные паровозы приходили за 72 часа путь из Москвы в Берлин. И вот 27 мая 1941 года Владимир Деканозов, который оставался заместителем наркома иностранных дел и одновременно имел звание комиссара ГБ 3 ранга, что соответствовало званию армейского генерал-лейтенанта, появился на Брестском вокзале вместе с двумя немцами. Эти персоны, несмотря на свой не очень высокий статус, были фигурами заметными в Третьем Рейхе.
Перед совещанием Деканозов в кабинете начальника вокзала встретился с командующим 4-ой армией генерал-майором Александром Коробковым, с которым он был знаком по операции в Литве. О чем была эта беседа, возможно никто уже не узнает. Хотя скорее сведения о ней есть в протоколах допроса как Коробкова, так и Деканозова. А вот более широкое совещание, на котором присутствовало руководство брестского гарнизона и органов НКВД-НКГБ по Брестской области стало более известным.
На этом совещании Деканозов довел до присутствующих, что советское правительство разрешило с 28 мая Германскому Красному Кресту работы по перезахоронению немецких военнослужащих, погибших во время Первой мировой войны и похороненных на польском военном кладбище (ныне Гарнизонное), немецком кладбище в районе деревни Березовка и немецком кладбище в районе деревни Гершоны. Перезахоронением будут заниматься группы немецких военных медиков, с привлеченными унтер-офицерами немецкой армии. От советской стороны требовалось каждый раз подавать транспорт к железнодорожному мосту, через Западный Буг, который немецкие военные пересекали пешком.
Странности нарастают снежным комом
Утром немцев отвозили на кладбища, а вечером привозили обратно к мосту. Для этой цели привлекались штабные автобусы 28-го стрелкового корпуса. Никакого большого сопровождения немцев не было предусмотрено, только водитель и офицер госбезопасности. Несколько раз к сопровождению привлекали даже политруков из 132-го батальона конвойных войск НКВД.
На Брестском вокзале с 28 мая появляется немецкий пограничный пост, который вместе с советскими пограничниками проверяет пассажиров ежедневного курьерского поезда Москва-Берлин. Кроме того для сохранения атмосферы дружбы и доверия между РККА вермахтом запланирован в начале июня приезд группы немецких офицеров в Брест. Группа из 9 немецких офицеров с 5 июня официально находилась в городе, обедала и ходила на танцы в Гарнизонный дом офицеров.
Уровень доверия со стороны Советского Союза был беспрецедентный. Что получило советское командование взамен, мне пока не удалось выяснить. Кроме того в Бресте появились и офицеры люфтваффе, которые работали в совместной комиссии по нарушению воздушной границы. На маленький брестский аэропорт , который использовался штабными самолетами и дежурным звеном истребителей, по согласованию сторон несколько раз садился немецкий легкий самолет связи “Шторх”.
К чему готовили красноармейцев
С конца мая начинается усиленная работа отделов политической пропаганды. На политинформации бойцы читали газету “Правда”. В 1941 году там обычно публиковались военные сводки, подготовленные немецким и английским командованием. Так вот именно с 29 мая бойцы начинают получать информацию только с немецких источников. Политработники постоянно разъясняют бойцам, что разговоры о будущей войне СССР и Германии могут вести только провокаторы, купленные английскими специальными службами.
Часть политработников понимала, что такая пропаганда может только помешать, так как сами жили в Бресте и видели что местное население с конца мая начинает готовится к войне. Жители максимально быстро пытались избавиться от советских денег. Всегда вызывающие зависть у жителей других регионов СССР кооперативные магазины Бреста были пустыми: ткани, одежда, ювелирные украшения, обувь исчезли из свободной продажи. Продукты длительного хранения тоже. Хотя в ресторанах, кафе и кондитерских было практически всё и большой выбор спиртного.
Политработники дивизий и полков пытались поговорить на эту тему с начальником отдела политической пропаганды 4-ой Армии РККА бригадным комиссаром Сергеем Рожковым, но он в личной беседе сказал, что разделяет их опасения, но у него есть особые инструкции из Москвы, которым необходимо следовать. Он высказал мнение, что Москва знает, что делает, что сейчас идет активная большая дипломатическая игра и если она сорвется по вине политработников армии, не выполнивших прямые инструкции заместителя наркома обороны, армейского комиссара 1-го ранга Александра Запорожца, то ими займется диввоенюрист Зайцев.
Эти незначительные события впоследствии вызвали серьезные проблемы. Немецкие медики и унтер-офицеры, которые якобы выполняли гуманитарную миссию Германского Красного креста, получили возможность ежедневно наблюдать за системой охраны стратегического железнодорожного моста, за Брестской крепостью из района гарнизонного кладбища, за расположением и полигоном 22-ой танковой дивизии из района деревни Гершоны и за расположением 298 отдельного батальона связи из района деревни Березовка.
Читайте также
- Брест-1941. Тень заговора
- Брест-1941. Сеть заговора
- Брест-1941. Нити заговора
- Подземные тайны Брестской крепости
- Польская контразведка в поисках подземных тайн Брестской крепости.
